Мы помогаем НКО с 1998 года


О проекте

Виртуальный ресурсный центр объединяет в себе информационные, методические, образовательные, коммуникационные и другие ресурсы для профессионалов некоммерческого сектора.

Архив проектов

Контакты

Написать письмо

Вы можете отправить нам комментарии или предложения по работе сайта.

RuNGO

Введите Ваш e-mail, чтобы подписаться на коммуникационную группу RuNGO:

Пожертвования

Если Вам помогли материалы, размещенные на нашем сайте, Вы можете пожертвовать нам небольшую сумму на развитие информационных ресурсов ВРЦ:


руб.

на счёт 4100137498178 (Виртуальный ресурсный центр для НКО)

Архив проектов

Крис Ковано: Появилась любовь к работе в России

Крис Ковано Беседа с Крисом Ковано, директором программы "Укрепление и развитие российских НКО" Совета по международным исследованиям и обменам (АЙРЕКС), запись которой была найдена в запасниках Кухни ВРЦ, состоялась в 2001 году. С тех пор произошло много событий, но история и мысли Криса Ковано от этого не стали менее интересными. Скорее наоборот, мы получили возможность увидеть, насколько проявились или не проявились те тенденции в развитии сектора, на которые указывал наш гость.

Мы очень рады, что можем предоставить вам возможность поближе познакомиться с человеком, для которого, как он сам говорит, Россия стала вторым домом.

Российская жизнь Криса Ковано

Вопрос первый: как ты попал в Россию, и с чего началась твоя российская жизнь?

Моя российская жизнь началась c 1993 года. Совершенно случайно сюда попал. Я выбрал специальность "русский язык" в Калифорнийском государственном университете, потому что у меня других вариантов и других интересов не было. Когда я в 1993 году закончил, было некуда деться: либо забыть язык, либо совершенствовать. Поскольку я инвестировал очень много денег в обучение, не хотелось, чтобы язык пропал. Приехал в Россию, работал два года в городе Владимире. В 1995 я отправился домой, отучился в аспирантуре, и три года назад вернулся сюда работать.

Что ты делал во Владимире?

Во Владимире - преподавал английский язык, был директором частной школы для студентов, которые хотели совершенствоваться в английском.

А я вот знаю, что помимо этого, ты там активно занимался общественной деятельностью ...

Да, была некая деятельность. Мы работали со школами, работали с приезжавшими американцами, организовывали культурные программы. Я проводил экскурсии в Петербург ... Такие вот вещи.

Ну, а какие-то интересные случаи из владимирской жизни ты помнишь?

Я все помню, поэтому и рассказываю ... Это были хорошие 2 года, город мне очень понравился, все мои лучшие друзья - из Владимира, правда, сейчас они уже переехали в Москву, поскольку там, во Владимире, трудно найти работу. Было замечательно – первый год я жил с хозяином, потом женился, и мы с женой сняли квартиру.

У тебя жена владимирская?

Нет, американка, мы работали вместе. Мы сняли на год квартиру, и она превратилась в "общественный пункт", поскольку все наши друзья жили с родителями, и так далее. Это была одна большая тусовка. Владимирская жизнь была очень хорошим испытанием, такой подготовкой к настоящей работе. Мы работали очень много, поскольку были молодые, энергия была - студенты замечательные, люди просто прекрасные. В общем-то, появилась любовь к России, к работе в России.

Она, видимо, не прошла до сих пор?

Не прошла. И не пройдет. Еще 2 года я отработаю здесь, потом нужно попробовать в другом месте. Работу здесь я никогда не забуду. Наверное, вернусь, потому что вся моя карьера до настоящего момента тесно связана с Россией.

Все-таки очень хочется узнать забавный какой-нибудь эпизодец из жизни во Владимире ...

Забавный?

Не очень личный, может быть ...

Ну, может, самым забавным эпизодом была свадьба в ЗАГСе - в том микрорайоне, где конечная остановка 4 троллейбуса. Совершенно русская свадьба. Мы мучились с документами из посольства, потом в ЗАГСе - надо было взятки давать направо и налево. Каждый четверг, по-моему, один раз в неделю, был приемный день у главы ЗАГСа. Чтобы ее уговорить, пришлось приходить 4 четверга подряд, с бутылкой шампанского - сидеть, уговаривать. Друзья при подготовке свадьбы сочинили песню. Собрались все наши близкие - около 50 человек, они сочинили песню, игры ... Один наш друг снял несколько "мерседесов" - он работал в администрации, и на выходных нас покатали в Суздаль. Гулянка длилась три дня. Все друзья, они настолько вложились в это! Нас встречали хлебом и солью, мне пришлось выкупать жену ...

Да? А из туфельки пил?

Да, из туфельки пил. А что вот это, когда монетки разбрасывают и надо их собирать? Эти игры, песни, это было что-то невероятное!

Скажи, пожалуйста, вот ты с 1995 года здесь ...

С 1998 – после окончания аспирантуры.

Общественная деятельность Криса Ковано

... и все это время ты, так или иначе, связан с общественной деятельностью.

Да, первые полтора года я работал как директор академической программы. Мы работали со всеми ВУЗами по обмену, по партнерским университетским проектам. Потом я перешел в другую программу – "Помощь детям-сиротам", отработал там 11 месяцев и вернулся в IREX.

В связи с этим вопрос: ты видишь какие-то изменения? Что-то меняется у общественных организаций, если меняется, то в какую сторону? Есть что-то такое, что могло бы быть отличительной чертой российских организаций?

Отличительной чертой может быть то, что продвинутые НКО стали оказывать очень хорошие социальные услуги. Когда я вернулся сюда в 1998 году и искал работу в программе "Помощь детям", я познакомился с организациями, которые действительно оказывают социальную помощь на довольно квалифицированном уровне. Образовался коллектив профессионалов в некоммерческом секторе, и они чувствуют, что область начинает расти сама по себе, без иностранной помощи; просто потому, что есть такие "дырки" в обществе и государственной службе, которые люди сами начинают заполнять. И это радует.

У тебя есть какие-то прогнозы относительно перспектив развития?

Мои прогнозы – сейчас объем вливаний в третий сектор будет замораживаться в течение 2 или 3 лет. Иностранные фонды, которые вложили деньги в его развитие, начинают сокращать свое финансирование, его уже не будет на таком масштабном уровне, какой был. Очень много различных трений по формальным критериям. Управление персоналом, типовой фандрайзинг, написание грантовых заявок - во всем этом есть достаточно квалифицированные профессионалы. А вот что касается профессионального оказания социальных услуг – этого очень мало. Я думаю, будет вестись работа над повышением качества услуг, оказываемых НКО.

Никто не может сказать о социальных услугах, которые оказываются, что они оказываются эффективно. Работа ведется, но эффективно, не эффективно - никто не знает. Зачем поддерживать неэффективную работу? Есть такие организации, которые делают это очень эффективно. Распространить их опыт; опираться на то, что они владеют профессиональными навыками и попробовать другим продвигаться именно в этой области. Я думаю, что это будет одним из главных приоритетов.

Какую роль в связи с этим будет играть программа поддержки некоммерческого сектора, которую ты возглавляешь?

Сейчас существует, и уже лет пять, как существует арсенал инструментов развития третьего сектора. Все эти тренинг-центры, ресурсные центры - можно пользоваться всем этим. И НКО пользуются, хотя ничего нового в этом нет. И мы смотрим потом и говорим: вот количество НКО; вот количество тренингов, которые они прошли… Самый главный вопрос - ну и что? Кому легче от этого стало?

А если мы сможем доверять эффективности реализованной НКО социальной программы, опираясь на благополучателей, а не на структуры НКО сами по себе, тогда мы будем видеть, скажем так, не количественно, а качественно.

Значит ли это, что один из приоритетов данной программы – это сделать социальные услуги и социальные программы более эффективными, и оценивать, насколько они эффективны?

Да, да, да. Это будет, мы планируем продвигать эту сторону. Сами социальные услуги – мало кто на них опирается. Стратегически планировать и развивать социальные услуги, оказываемые НКО - никто этим еще не занимается, и это действительно упущение, потому что прошло время вливать деньги в оргразвитие НКО само по себе. Структура была важна, чтобы через нее можно было передать деньги и помощь благополучателям и незащищенным слоям населения. Сейчас структуры есть, сейчас нужно повышать уровень эффективности, чтобы эти деньги максимально эффективно работали.

Ностальгия Криса Ковано

Хорошо. Теперь еще о личном. У тебя ностальгия вообще бывает?

Да, бывает довольно часто. Но я чувствую себя дома больше здесь, чем в Штатах. У меня дом уже здесь. Там почтовый адрес – и только. А все, что у меня есть - это здесь, на самом деле. Семья там, конечно; я к ним приезжаю, но дом - здесь.

А когда у тебя ностальгия, что ты делаешь?

У меня очень много американских фильмов, любимых передач, телесериалов.

А что ты любишь есть? Наше интервью - на кухне, и мы любим задавать вопросы о том, что любят поесть наши гости и что они рекомендуют.

Не рекомендую холодец, потому что иностранцы холодца не терпят. Это просто очень сложно, только с водкой едим холодец.

Если пригласить тебя в гости, чему бы ты порадовался?

Я? Грибной икре.

Грибной икре?

Ну, вот так мелко порезаны грибы, салатик сделан. Знаешь? Это очень вкусно. Соленые грибы – это фантастика в России. Это самое лучшее. Грибные пирожки, грибной суп ... Я очень большой фанат грибов.

Ну все, спасибо тебе большое.

Беседовала Светлана Рубашкина